В Триесте сохраняется напряженность и неопределенность относительно будущего местного баскетбольного клуба и планов его владельца Пауля Матиасича. Он прервал молчание, однако ограничился лишь письменными или аудиосообщениями, избегая прямых публичных выступлений и открытых дискуссий. Возникают подозрения, что владелец был застигнут врасплох реакцией общественности на его действия.
